20.11.2018

Авторам
Зарегистрироваться

Наши за границей

"Тотальный диктант" - это невероятно популярный флэшмоб, в котором принимает участие всё русскоязычное население земного шара. 

В Испании акцию поддержали в нескольких городах. В частности, ученики и родители одного из крупнейших колледжей в Европе - Sotogrande International School, собрались сегодня, чтобы испытать себя в этом нелёгком деле.

Текст Тотального диктанта в этом году написан известной российской писательницей Гузель Яхиной, автором популярного романа «Зулейха открывает глаза».

Диктовала текст писатель и журналист, член союза писателей России, Юлия Басова.

 

Автор

Звезда советского кино Олег Видов более 30 лет живет в США. Актер был лучшим другом легендарного комика Савелия Крамарова. С воспоминаний о Крамарове мы и начали интервью с Олегом Борисовичем.

Автор

24 февраля звезда советского кино, одна из самых красивых и загадочных актрис Елена Соловей отметила 70-летний юбилей. Актриса больше 20 лет живет в США, недалеко от Нью-Йорка, и в свой единственный приезд в Россию (на фестиваль «Литература и кино» в Гатчину) общалась с  Анжеликой Заозерской.

Автор

Чемпион мира по смешанным боевым искусствам, актер с внушительной голливудской фильмографией Олег Тактаров впервые сыграл в спектакле в России. Правда, сценическая площадка была весьма своеобразной - камера Нижегородского острога, но зато классика - инсценировка рассказа Максима Горького "Тюрьма". Спектакль "7 дней. 7 ночей" поставила выпускница ГИТИСа - Амина Жаман в рамках проекта «Исторический вечер in situ», организатором которого стало Агентство по управлению и использованию памятников истории и культуры (АУИПИК) при Министерстве культуры России. Нижегородский острог, который на сутки превратился в сценические подмостки - архитектурный памятник и объект культурного наследия России. Сегодня он находится в оперативном управлении Нижегородского филиала АУИПИК и после реставрации идеально подошел не только для размещения в нем офисных помещений и музейных экспозиций, но также для проведения вечера в формате in situ, который предполагает полное погружение в историческую атмосферу.

В спектакле «7 дней. 7 ночей» Олег Тактаров оказался не случайно: Нижегородская область - историческая родина актера, где он черпает силы и вдохновение для своих новых жизненных проектов.

Тактаров во время приезда в Москву  рассказал о своей интересной и насыщенной жизни и о возвращении на историческую родину - в старинный Саров в Нижегородской области.

Автор

 Российский режиссер Амина Жаман с успехом работает как в Америке, так и в России. Недавно состоялась премьера спектакля "Верная жена" по мотивам поэмы Михаила Лермонтова "Тамбовская казначейша" с участием голливудской звезды Петара Зекавицы. В интервью "Литературному огоньку" Амина рассказывает о своем сотрудничестве с западными артистами. 

Автор

Искандер Усманов - успешный кинорежиссёр, снимающий документальные и художественные фильмы

Автор

На каких произведениях художественной литературы выросла писательница Яна Дубинянская и как этот опыт отразился в Ее последующем творчестве ?

— Я была типичной девочкой-читательницей, читала много и совершенно бессистемно, что в руки попадало — а попасть в них могла и русская-зарубежная классика, и мушкетеры-индейцы, и фантастика, и кондовый соцреализм, — а потому расследовать, на чем именно выросла писательница, совершенно нереально. Помню, мы в школе обменивались «анкетами», и там непременно была страничка «любимая книга». Я исписывала ее всю, а потом спохватывалась: эту забыла! И вот эту тоже, как я могла?! А места уже нет (смеется).

На самом деле, как мне кажется, это работает сложнее. Когда украинская поэтесса и культуролог Марианна Кияновская прочла мой новый роман «Свое время» («Свій час») и начала разбирать его в плане замеченных ею аллюзий: Лем, Стругацкие, Данте, Джойс, даже вдруг Чернышевский!.. я только ошеломленно кивала. Потому что, наверное, да — но пока писался роман, ничего такого для себя специально не проговаривалось. Эти вещи варятся на уровне подсознания и всю жизнь.  

Вы - художница; в прошлом вели изостудию, представляли публике свои картины в рамках персональных выставок. Это особое видение пространства и материи влияет, на ваш взгляд, на манеру изложения собственных мыслей и ощущений, когда вы уже не художник, но писатель? Похожи ли ваши произведения на картины?

— Изобразительное искусство у меня закончилось в юности, потому что… ну, закончилось. Значит, не очень было нужно. А так да, я человек-визуал, я вижу картинки, вижу мизансцены, вижу героев и пейзажи. Есть соблазн злоупотребить описаниями всего этого, тут очень тонкая грань. 

Я, например, с детства любила читать пьесы: всю картинку мое воображение дорисовывало мгновенно, без отдельных усилий. И очень удивилась, узнав, что пьесы не издают, никто их не покупает: подавляющее большинство читателей самостоятельно вообразить картинку не могут, видят голые реплики. Но и слишком яркие и подробные описания в ущерб мысли и действию — не есть хорошо.

Известно, что вы очень любите море. Влияет ли оно на ваше творчество? И если да, то как?

— Это не я заметила, а читатели: море у меня есть почти во всех книгах, иногда как полноправный персонаж («Н2О»), иногда как атмосферный фон, задающий тональность романа («Пансионат»), а иногда вроде бы и так, эпизодом, к делу не относящимся — на первый взгляд. 

В романе «Свое время» героиня, которая живет гораздо быстрее окружающих, подхватывает героя, и они летят на море, на неназванный полуостров, проникают в детский лагерь у подножия горы, напоминающей медведя… Проходной будто бы эпизод, мало ли куда они могли сорваться. А в следующем «проходном» эпизоде эти же герои в ускоренном темпе колесят по шахтерскому краю с терриконами и депрессивными поселками. Роман был окончен осенью 2013. То есть это картинки Крыма и Донбасса непосредственно перед войной, перед сломом времен.

А еще от моря я могу подзаряжаться напрямую, это как если б можно было сунуть два пальца в розетку без фатальных последствий (смеется). К разговорам об энергетике-эзотерике я отношусь весьма скептически, но факты налицо: в Крыму я каждый день просыпаюсь на несколько часов раньше, делаю на несколько дел больше и при этом чувствую себя сильной и счастливой. А жить без моря не могу совсем. Для меня всегда поездка к морю была вопросом не лишних денег, а реально жизни и смерти. Никто не понимает, насколько это для меня серьезно.

В вашей автобиографии вы рассказывали о том, что ваш первый роман был закончен параллельно с рождением сына. Каким образом это важнейшее в жизни каждой женщины событие может влиять на Ее творческое становление? Является ли рождение детей неким катализатором, сильной движущей силой в данном вопросе?

— Это было давно, старшему сыну уже шестнадцать лет. Но я помню, насколько тогда перевернулся мир, в буквальном смысле. И я радовалась, что буквально накануне, день в день, успела поставить точку в «Лестничной площадке»: настолько все стало другое. Рукопись я вычитывала-редактировала в роддоме, как не свою. Потом, с девчонками, уже такого не было.

Я всегда говорила в интервью, что дети держат в тонусе, возобновляют эмоциональный ресурс постоянно. Особенно это маленьких касается — но со старшими зато все более интересно говорить. И да, когда-то я умела этот фокус: одной рукой покачивать кроватку с засыпающим ребенком, другой писать роман. Но если кто этого не умеет, у кого дети берут на себя весь ресурс и все время — ну, бывает, тоже нормально, меньше всего я хочу, чтобы кто-то комплексовал на моем фоне, выбирая между детьми и творчеством. Иногда этот выбор оправдан, и всему настает свое время. Тем более что сейчас я и сама предпочитаю писать, смывшись куда-нибудь ото всех. И желательно чтобы там не ловил интернет.   

Первая проба пера у вас произошла довольно рано. В каком возрасте вы осознали, что именно с литературой хотели бы связать свою жизнь? Есть ли у вас теперь, несмотря на то, что вы - признанный профессионал своего дела, сомнения - а не ошибочный ли путь вы избрали в жизни? Трудным ли вам кажется это ремесло, или оно дарит вам лишь радость самовыражения и самоопределения, а так же немаловажные дивиденды в смысле народного признания?

— Литература для меня точно не ремесло. Ремесло гарантированно кормит, а надеяться в этом плане на книги как-то и в голову не приходит. Я свободный художник, надо мной не стоит издатель с кнутом-дедлайном и пряником-гонораром. То есть, за все книги мне, конечно, что-то платили, за некоторые и неоднократно, с учетом переводов и переизданий, но к разговору о бюджете многодетной семьи эти гонорары не имеют ни малейшего отношения. Зарабатываю я другими буквами: журналистика (на данный момент это скорее научпоп — биографический журнал «Личности»), киносценарии. 

Иллюзии, что вот когда-нибудь я стану высокооплачиваемым писателем с миллионными тиражами и Нобелевской премией, буду сидеть на шезлонге с ноутбуком возле своего дома у моря, у меня были разве что в ранней юности (писала в стол я лет с тринадцати, а первая  книга, сборник «Три дні в Сиренополі», вышла, когда мне было 22). Потом они не то чтобы рухнули, а плавно растворились, вроде бы уже и не очень надо. Тем более что дом у моря я себе купила четыре года назад, решив не дожидаться нобелевки, ее же часто в совсем уж преклонном возрасте дают (смеется). Кстати, купила его на гонорар от продажи прав на экранизацию моей повести «Жены призраков», то есть именно литературный. И шезлонг у меня тоже есть. И ноутбук.

Как к вам относятся на родине? Гордятся ли своей народной героиней? Отличается ли отношение к профессии "писатель" в России и на Украине? Хотелось ли вам когда нибудь переехать в Москву?

— По-моему, в наше время с этим все как-то проще. Дистанция между писателем и читателем сократилась, я совершенно на равных общаюсь с читателями и в соцсетях, и вживую на книжных ярмарках и авторских встречах. Ловить звездочку «народной героини» и отслеживать, достаточно ли мною гордятся, в мои ближайшие планы не входит.

Окололитературная среда в Украине, насколько я могу судить, более демократичная, мобильная, склонная к самоиронии, чем в России — у вас «в сферах» все как-то серьезнее, надрывнее, пафоснее. Возможно, у меня сложилось такое впечатление, поскольку я наблюдала российскую литтусовку точечно и спорадически: на «Русской премии», на Нон-фикшн, на фантастических конвентах, на писательском форуме, который почтил присутствием Путин (не спрашивайте, как меня туда занесло, но не жалею: было познавательно увидеть эти лица и услышать от «коллеги» за столиком в кафе, что «Крррым полит рррусской кррровью!» — в ноябре 2013-го).

Насчет переезда в Москву — странный вопрос по нынешним временам, но я отвечу. В ранней юности, когда я жила в глубоко провинциальном по ощущениям Симферополе, мне было все равно, куда уехать — хоть в Москву, хоть в Нью-Йорк — лишь бы вырваться и завоевать большой город. А поскольку мне было все равно, все решили обстоятельства: я потренировалась на Львове и затем взяла Киев. Думаю, в мировоззренческом плане это был далеко не худший вариант, мой мир стал гораздо менее однозначным, чем раньше, в Крыму. Возможно, отправься я завоевывать Москву, она перемолола бы меня и присвоила, говорят, это очень жесткий город — но проверить уже нельзя.

Сейчас для меня более актуальна тема возвращения. Я хочу жить в своем доме в своем Крыму, не спрашивая разрешения у российской ФМС. И уже оттуда летать по всему миру, в том числе и в Москву, столицу нормальной страны, которая не противопоставляет себя всему миру и не вторгается в другие страны. Уверена, рано или поздно так и будет. И дети как раз окончат школу.

Часто вы отображаете реальность фантазийно, иносказательно, но при этом характеры ваших героев прописаны выпукло, ярко, реалистично. Подобный выбор средств выражения связан с вашим личным и уникальным видением мира, или является четким следованием выбранному литературному жанру? 

— Жанр я уж точно никогда не выбирала. Этим занимаются издатели и книгопродавцы с упорством, достойным лучшего применения. Им легче прилепить на книгу ярлык «фэнтези» или, скажем, «постапокалипсис», — а читатель, настроившись на легкий жанр, потом чувствует себя обманутым. И еще хуже, что другой читатель, точно знающий, что «такая литература» не для него, не берет книгу в руки, хотя как раз ему она могла бы понравиться.

У меня с позиционированием книг получается смешно и грустно. Вот новый издатель решает продвигать мою книгу как серьезную и глубокую, и ни в коем случае не произносить вслух слово «фантастика»! Но в итоге все-таки формулируют так: «это фантастика, но не такая, как вы привыкли…». И все: дальше слова «фантастика» умный читатель не слушает, он же знает, что фантастика — это про попаданцев в прошлое или Великую Российскую империю в космосе. Бренд, к сожалению, скомпрометирован намертво — но издатели интеллектуальной литературы втайне надеются, что «фантастику» или даже «фэнтези» они продадут лучше.  

А я что? — я художник, я так вижу. Если серьезно, для меня важно, чтобы был простор для маневра, для эксперимента, чего реальность, данная нам в ощущениях, дает недостаточно. Но стоит чуть-чуть сдвинуть мир с привычных координат — и становится по-настоящему интересно.

Хотите ли вы, как мать, чтобы ваши дети пошли по вашим стопам и стали писателями? И, если нет, то кем стать вы бы им посоветовали? Какие профессии кажутся вам привлекательными?

— Для меня как матери важно не программировать детей на какой-либо вид деятельности и жизненный сценарий. Я не верю в химеру воспитания и вообще порядочная мать-ехидна. Это другие люди, они могут выбирать сами. Причем если поколение назад взрослые могли помочь детям, так сказать, информационно, то сегодня подростки открыты новой информации еще лучше, чем мы. Мой голос чисто совещательный, и я рада, что он у меня есть — разбрасываться не буду.

Как мы знаем из вашего Facebook, вы пишете сценарии. Были ли сняты фильмы по ним, или, может, вскоре выйдет в прокат Новый фильм, сценарий к которому написали вы? 

— Недавно в Украине была премьера 12-серийного сериала «25-й час», семь серий из двенадцати — мои (в тесном соавторстве с режиссером Николаем Михайловым). Сериал о журналистке, которая получает возможность отматывать время на час назад и исправлять отчаянные ситуации. Идея не моя, это вообще адаптация немецкого формата, но само по себе удивительно, что меня пригласили на этот проект как раз тогда, когда я дописала большой и серьезный роман о времени.

Что вы скажете об издательской системе Украины и России? С какими издателями вам работается проще, с какими сложнее? Чем обусловлен выбор издательства, которому вы доверили публикацию своих произведений? Приносят ли вам доход ваши романы?

— Про деньги мы с вами уже поговорили, это не те суммы, о которых приятно поговорить еще раз (смеется). В Украине и России гонорары — конкретно в моем случае — примерно сопоставимы, как и тиражи. 

Мой новый роман пролежал три года «в столе»: когда началась революция и затем события в Крыму, мне надолго стало не до отправки рукописи по издательствам, а прежние российские связи порвались по моральным соображениям. Затем одновременно, практически день в день, книга вышла в двух странах: «Свое время» в России (издательство «Время», Москва) и «Свій час» в Украине («Видавництво Старого Лева», Львов). Тираж одинаковый — две тысячи экземпляров. Данных по продажам, которыми можно измерять эффективность работы издательства, у меня пока нет. А о подготовке обоих изданий выдам инсайд: и редакторы книг, и дизайнеры обложек, и переводчик (в украинском издании) — большие молодцы. 

Понятно, что работа над «Своїм часом» с переводчицей Викторией Стах и редактором Виктором Мартынюком была гораздо более серьезной и плотной. Перевод на близкие языки — вообще очень тонкая вещь, филигранная практически, и мы все трое неоднократно вычитывали текст, пробовали варианты, согласовывали мнения. А российский редактор «Своего времени» Татьяна Тимакова имела дело с оригинальным текстом и отнеслась к нему внимательно и бережно — лучшее, чего можно ожидать от редактора. 

Что вы посоветуете молодым писателям, только начинающим свой путь? 

— А я не знаю, что им посоветовать. Мир настолько стремительно меняется, что, уверена, в среде молодых писателей сегодня все совершенно по-другому, мой опыт «прихода в литературу» конца девяностых ничего им не даст. Они «начинают путь» в открытом информационном обществе — и разберутся сами. Не надо никого слушать!

Автор

Популярные теги

#Белла Ахмадулина #поэты 20го века #поэтесса #советская поэзия #Наталья толстая #психолог #ценные советы #счастливая жизнь #красота #Прохор Шаляпин #Книги #Литература #творчество #Транссёрфинг реальности #Вадим Зеланд #Изотерика #денис драгунский #денискины рассказы #АСТ #рипол издательство #виктор драгунский #книги #литература #станислав говорухин #литературная конференция #начинающие писатели #молодые авторы #литература #Юлия Басова #ДК ЗИЛ #надя ручка #русские таланты #издаться за рубежом #сказки #рассказ #русский писатель #русская литература #творчество #французское кино #марийон котийяр #иллюзия любви #кино #юлия шилова #авантюрный детектив Алексей Федорченко Андрей Кончаловский Анна Козлова Виктория Черенцова Владимир Космачевский Владимир Машков Александра Галич Олег Табаков Владимир Хотиненко Владимир Этуш Детство Евгений Евтушенко, Белла Ахмадулина, Никита Михалков Интервью Книги Мария Кикоть Рассказ Роман Виктюк Театр Шоубизнес Экранизация Юлия Басова

Литературный огонёк - сайт для людей, влюблённых в искусство.

Подписка на публикации

Будьте в курсе последних публикаций на портале

Осталось нажать на кнопку